Сила и слабость в любви и психотерапии

 

Интересно, как онлайн знакомства могут становиться взаимной психотерапией. Конечно, при знакомстве никто не выкладывает депрессивного лица, целлюлита и не пишет про нехватку денег. Но довольно быстро, и особенно мужчины, начинают рассказывать про свои проблемы. И новые знакомые легко включаются в режим поддержки и любительской психотерапии.

Могут ли принять меня таким, как я есть, подразумевает принятие моих слабостей. Действительно длительные и глубокие отношения невозможны без принятия слабости другого. Часто самые сильные отношения – те, которые хочется назвать настоящими, это встреча с моей раной в другом. Или такие, где мы свободно эти раны показываем и где к ним прикладывают целебную мазь понимания и любви. Вот почему так легко возникает эротический перенос в психотерапии. Человек устаёт нести по жизни маску силы, уверенности и самодостаточности и хочет показать нам истинное Я, с его ранами и слабостями, надеясь на исцеление.

Часто наше самое настоящее и сокровенное Я понимается как Я слабое. Это тесно связано с нашей душой как центром личности. Но всегда ли наша душа больна? Действительно встреча с душой, особенно для мужчины, возможна лишь, когда мы ранены. В остальное время душа задвигается на второй план нашим героическим Эго. Первым делом самолеты, ну а девушки вместе с душой потом… Но являются ли наши слабости чем-то более настоящим, чем наши сильные части?  Идентификация со слабостью может быть такой же ложной, как и идентификация с силой.

tristan-iseut

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Юнг считал, что успех психотерапии - в возрождении внутреннего целителя в пациенте. Пациент приходит к врачу, ощущая себя больным и слабым, то есть идентифицируясь с раненым и проецируя целителя на врача или психотерапевта. Задача врача, и тем более психотерапевта, - активировать внутреннего целителя в пациенте. Именно от этого зависит выздоровление. Значит, принимая слабости и залечивая принятием раны, нужно не забывать о внутренней сильной и целительной части. Обычно психологи аналитических подходов концентрируются на проблемах, травмах, диагнозах, активируя слабую, более бессознательную часть и забывая о сильной. А когнитивно-поведенческие психологи опираются на сильную сознательную часть, иногда игнорируя слабые и раненые части. Очень трудно удерживать баланс между силой и слабостью.

Так легко, особенно в любовной идеализации, переоценить силу другого и не ощущать его хрупкости и уязвимости. Тогда он или она разрушаются под грузом нашей идеализации, и мы с удивлением обнаруживаем что они тоже люди, а не Боги. Так же легко увязнуть в созависимых отношениях спасения слабой и нуждающейся части. Прозрение приходит, когда неожиданно понимаешь, что другой человек прекрасно обходится без твоего спасения, а ты в нём спасал собственную слабую часть. В обоих случаях мы проецируем свои части на другого: в первом случае свою силу, божественность, ресурс; во втором - свою тонкость, хрупкость и ранимость. Подумайте про свои любовные отношения, какого типа проекции в них больше?

 

Рисунок 1

tabl1
Теперь вернемся к глубинному пониманию психотерапии Юнгом. В начале пациент проецирует на врача своего целителя. Сознательно общаются раненый и целитель. Врач активирует внутреннего целителя в бессознательном. Но врач, и конечно психотерапевт, не сможет понять пациента, если не будет опираться на свою раненую часть, находящуюся в бессознательном. Но самое интересное в том, что внутренний целитель пациента взаимодействует с раненой частью врача, исцеляя его раны.

Теперь применим эту модель Юнга к любовным отношениям и их целительной силе. Обычно в начале мы проецируем наши сильные, прекрасные части на другого. Наша сила, красота и божественность общаются с тем же в другом, обмениваясь с ним ресурсами. Сознательно это встреча двух Богов, и можно временно почувствовать себя в раю. В некоторых парах рай длится годы, в других дни. Неизбежно наши слабые и раненые части себя обнаруживают. Ведь бессознательно мы притянуты нашими ранами, которые вступают в ещё более сильную связь. Причём раненая часть в каждом исцеляется сильной или целительной частью другого. 

 

Рисунок 2                  

tabl2

Гармония отношений определяется сменяемостью этих ролей в сознании. Сегодня тебе плохо, и я сильный целитель. Завтра плохо мне, и в роли целителя выступает партнер. К сожалению, такая сменяемость достаточно редка. Обычно в паре эти роли жёстко закреплены. Один официально назначен сильным, а другой – слабым. Тогда раненый полностью зависит от целителя. Но часть каждого партнера, отброшенная в Тень, требует своего. Тогда раненая часть такого постоянного целителя может искать целителя для себя. А целительная часть постоянно раненого может поискать себе кого-то менее совершенного, даже раненого, чтобы его полечить. В гармоничной паре другой риск. Труднее всего такой сильной паре выдержать встречу раненых частей. Когда каждому нужен целитель, и нет сил быть целителем для другого. Вот тогда и начинается поиск целителя на стороне. 

Удержание в сознании одновременно своей силы и слабости не только делает нас людьми, но и помогает установить максимально глубокие и взаимно целительные отношения с партнером. Так важно помогать, исцелять и быть исцелённым. Так важно нежное и глубокое общение наших раненых частей. Но много места должно быть и для общения сильных частей. Тогда интересными и гармоничными отношения становятся, когда все 4 танца сменяют друг друга.

Но к 4 танцам силы и слабости в отношениях с другим нужно добавить 2 интровертных: как каждый партнер относится к своей сильной и слабой части. Часто человек, боящийся слабости (имеющий опыт, как страшно и больно быть слабым) стыдит, ругает себя за любую слабость. Вместе со слабостью в подземелье Тени обычно изгоняется и душа. Когда тебе недоступно сострадание к себе, вряд ли оно возможно по отношению к другому. Человек, идентифицирующий себя со слабой частью, может бояться своей силы: часто за этим стоит страх превращения из жертвы в преследователя. Здесь важно разидентифицировать себя с одной из полярностей - с силой или слабостью - и понять, что Я – это лишь пространство, дом для силы и слабости.