Творческая критика

В конце 40х Алекс Осборн, основатель рекламного агентства BBDO, предложил термин «мозговой штурм», якобы удваивающий творческий потенциал коллектива. Самым важным принципом было отсутствие критики. «Творчество - настолько хрупкий цветок, что похвала заставит его распуститься, тогда как разочарование убьёт его на корню» – писал Осборн в книге «Ваша творческая сила». Но уже первый эмпирический тест техники Осборна, проведённый в 1958 году, полностью её опроверг. Он показал, что студенты, решавшие творческие задачи в одиночестве, не только решили за то же время вдвое больше задач, их решения были признаны экспертами более жизнеспособными и эффективными.

 

Почему же миф о мозговом штурме до сих пор жив? Возможно потому, что он держится на главной рекламной силе – принципе удовольствия. Как приятно побыть вместе, похвалить друг друга за идеи и остаться в иллюзии собственной гениальности. А любая, даже мягкая, критика включает обиду, и часто бессознательно мы стремимся её избежать.

 

Но, как показывают эксперименты Ч.Немет, окончательно похоронившие так любимый мозговой штурм А. Осборна, споры и критика не только не препятствуют рождению новых идей, но и стимулируют их. Так группы, где критика приветствовалась, произвели на 21% идей больше, чем группы, где давались инструкции классического мозгового штурма. Но главное, что участники критических групп после обсуждения придумали в среднем по семь новых идей. Участники групп с мозговым штурмом придумали их только 2.

 

Как показала Ч.Немет, в тепличных условиях мозгового штурма мы выдаём стереотипные ассоциации. В ситуациях критики мы начинаем выходить за рамки собственных стереотипов. Начиная коллективное обсуждение со спора, можно значительно расширить творческий потенциал.

Но, в отличие от экспериментов, в реальной жизни спор легко может стать не предметным, а критика легко перейдёт на личности. В итоге мы скатываемся в паранойю и делим мир на своих и не своих. Доминирующие люди с сильным комплексом власти подавят всех остальных, навяжут своё видение, и о настоящем творчестве придётся забыть надолго.

 

Значит, нам нужно сделать критику творческой, направленной только на идеи и прототипы продуктов, но не личностной. Более того, любая ошибка должна рассматриваться не как повод для стыда, а как польза для общего дела, потому что при критической переработке ошибка рождает новую идею. Тогда роль модератора таких креативно критических пространств - регулировка и переформулирование критических высказываний, отслеживание и снятие обид и межличностных конфликтов.

 

Любое критическое замечание встречает вначале естественное сопротивление. Ведь критика выбивает из зоны комфорта. Ведь если её принять, придётся менять своё мнение, своё отношение или даже поведение. Комфортно остаться в скорлупе Эго с его ограниченными, но родными идеями. Но если мы откроемся творческой критике, мы выходим за пределы Эго, расширяя своё сознание и творческие возможности.

 

Техника классического психоанализа включала, наряду со свободным ассоциированием, позаимствованным Осборном, ещё и интерпретацию, часто воспринимаемую как критику. Возможно гуманистическое и постмодернистское развитие психотерапии, упраздняющее интерпретацию, лишает её творческой критики?

 

Чем отношения ближе, тем больше критика воспринимается личностно, а не предметно. В близких отношениях нам так трудно воспринять критику, чтобы расширить сознание. Здесь почти всегда включается следующее уравнение близких отношений: критикуют моё предложение, мою идею, моё мнение = критикуют меня = меня не любят. Здесь срабатывает то, что Канеман назвал «мгновенной реакцией системы 1». Мы автоматически реагируем на любую критику как на угрозу и вместо сложного анализа ситуации делаем простую интуитивную подстановку: вместо «критикуют идею» подставляем «критикуют меня». Нам очень трудно не оказаться захваченными эмоциями, медленно выдохнуть и понять ошибку этой подстановки. Но эта  «ошибка» совсем не случайна.

 

В близких отношениях это особенно трудно, по крайней мере по двум связанным друг с другом причинам. Во-первых, близкие чаще, чем далёкие, критикуют человека, а не действие. Во-вторых, в близких отношениях накапливается так много невысказанных претензий к партнёру и фантазий о нём как причине всех проблем, что, даже когда критикуется конкретное действие, критикуемый верно слышит за этим критику себя в целом.

 

В творчестве, как и в близких отношениях, критика идеи сразу воспринимается как критика автора идеи. Когда мы придумываем новое или осваиваем новое, мы особенно уязвимы. Часто творить - это значит отказаться от прежнего удобного Я и начать создавать новое, ещё не существующее Я. Состояние между двумя Я напоминает гусеницу, ещё не превратившуюся в бабочку. Ты не можешь не хотеть быть бабочкой, но совсем не уверен, что ты та гусеница, из которой бабочка может получиться. Причём в творчестве недостаточно раз и навсегда стать бабочкой. Через некоторое время становится понятно, что ты снова гусеница, помнящая, что была бабочкой. Каждый новый проект - это умирание гусеницы и рождение бабочки. Это состояние между старой и новой идентичностью очень уязвимо. В этом киселе неопределенности стартапа самооценка прыгает как шаттл, то взлетая в космос, то сгорая катастрофой на старте. Это прекрасно показано в фильме «Бёрдмен». Поэтому критика идеи сразу обрушивает неустойчивую самооценку и обостряет огромный внутренний конфликт. Немного помочь автору здесь может понимание, что он не творец, а всего лишь посредник творца. Идея никогда не принадлежит мне, а кристаллизуется в моём ограниченном уме из колллективного сознания или бессознателльного.

 

Но как соединить творческую критику и позитивное подкрепление? Когда мои идеи или действия критикуют, эмоционально я чувствую негативное подкрепление. После этого я вообще могу перестать творить и сопротивляться любому творчеству, вполне подтверждая метафору Осборна о нежном цветке.

 

Как решить эту тонкую задачку и проплыть между Сцилой идеализации и Харибдой обесценивания? В психотерапии и консультировании мы постоянно удерживаем этот тонкий баланс между безусловной эмпатической поддержкой и мягкой критикой картины мира или поведенческих реакций. Психотерапия легко заваливается в фальшивое потакание комплексам или в жёсткую критику и обучение сверху тому, как надо жить. Но удержание этого баланса важно не только в психотерапии или воспитании. В современной интеллектуально-творческой экономике она становится ключевым ресурсом. Видимо эту способность к творческой критике можно считать очень важной частью эмоционального интеллекта и необходимой для современного лидера.